Цифровые кочевники: политика, экономика и практика

Цифровые кочевники: политика, экономика и практика

  • Среда, 26 апреля 2023 13:03
    • Фото freepik.com Фото freepik.com

    Финансовый аналитик Филипп Аммерман продолжает исследование сектора цифровых кочевников. Если рассматривать этот рынок в широком смысле, включая путешественников, которые совмещают свой отпуск с работой, а также удаленных работников, то рынок в Европе и Соединенных Штатах, вероятно, измеряется сотнями миллионов потенциальных гостей, считает эксперт.

    Начало читайте в статье «Привлечение цифровых кочевников и других удаленных работников».

    Определение целевой аудитории

    В связи с тем, что форм удаленной работы и комбинаций работы и путешествий существует довольно много, важно определиться с понятиями.

    • Основное различие между тремя категориями: удаленный работник, тот, кто совмещает отпуск и работу, и цифровой кочевник – на самом деле не в их профессии или уровне дохода. Главное – это частота и длительность их пребывания в другой стране. Удаленные работники и «работающие отпускники», очевидно, будут отправляться в более короткие, но частые – по нескольку в год – поездки. Цифровой кочевник более склонен оставаться на одном месте как минимум на месяц или более, но будет так же подвижен, если увидит другие приятные возможности или направления.

    В таблице 1 представлена краткая характеристика типов аудитории. Она далеко не исчерпывающая, так как многие категории будут иметь свои исключения, и предназначена скорее для иллюстрации сказанного.

    nomad tab1

    Разработка продукта: место пребывания

    Самые успешные направления, привлекающие цифровых кочевников и других удаленных работников, – это те, где все участники отрасли работают вместе, чтобы обеспечить гостям комфортное длительное пребывание. Это особенно заметно в таких направлениях, как Барселона или Лиссабон, которые постоянно стремятся улучшить муниципальные и прочие туристические услуги.

    Вот некоторые из инициатив, способствующих успеху туристической отрасли вне зависимости от времени года.

    • Сохранение уровня обслуживания круглый год. Нужно поддерживать хотя бы минимальный уровень обслуживания во время низкого сезона. Любой, кто посетил Айя-Напу или Санторини в ноябре, видит, что 90% предприятий торговли и общепита закрыто и не открывается до конца апреля / начала мая. Зимой это буквально призраки городов.

    • Качество обслуживания. Необходимо приложить совместные усилия по улучшению качества обслуживания, чтобы привлечь путешественников, особенно в низкий сезон. Качество обслуживания характеризуется рядом метрик, начиная от обязательства отрасли не завышать цены до предоставления дружелюбных и профессиональных услуг, использования хороших продуктов, свежих ингредиентов, организации интересных мероприятий и т. д.

    • Разумное соотношение цены и качества. К сожалению, все чаще можно наблюдать заоблачные цены в пиковый сезон. Если сравнить, например, цены на организуемые Airbnb городские экскурсии, велосипедные туры или кулинарные классы в Афинах и Барселоне, можно с удивлением обнаружить, что в среднем Барселона гораздо дешевле, в то время как цены на эквивалентные услуги в Афинах в несколько раз выше. Если проверить цены на номера или еду в Санторини или Миконосе, там тоже мало логики. Кто-то может возразить, что это закон спроса и предложения, но мы должны усвоить одну вещь: спрос и предложение чрезвычайно чувствительны к соотношению цены и ценности.

    • Живое сообщество. Цифровые кочевники и другие путешественники приезжают, чтобы насладиться страной и ее культурой. Чем больше вариантов для подлинного культурного взаимодействия и опыта, тем успешнее станет место назначения.

    • Способность к коммуникации. Путешествия без коммуникации невозможны. Те города, которые прилагают усилия к тому, чтобы научиться общаться с приезжающими на самых распространенных иностранных языках, будут успешнее, чем те, которые этого не делают. Хорошо это или плохо, но английский язык является глобальным языком общения, поэтому способность общаться на английском языке является преимуществом.

    • Высокие технологии / хорошие цены. Лучшее, что может сделать принимающая сторона, это обеспечить высокоскоростной и недорогой интернет и телекоммуникационную инфраструктуру. Это критически важно и для цифровых кочевников, и в целом для внутренней экономики.

    • Легкость нормативного регулирования. Чем выше бюрократические препятствия для цифровых кочевников, тем вероятнее они выберут другую страну. Принуждать цифровых кочевников использовать дорогого кипрского бухгалтера для регистрации – это рецепт неудачи. Установление минимальной ежемесячной зарплаты для цифровых кочевников – нелепо.

    • Доступность. Важно, чтобы транспортные компании, такие как низкобюджетные авиалинии или паромные перевозки, регулярно и дешево обслуживали направление во время целевого сезона. Обычно для низкобюджетных авиалиний требуется аэропорт второго уровня, например, Пафос или Каламата. Это снова указывает на необходимость крепкого государственно-частного партнерства между региональными или муниципальными властями и лидерами туристического сектора.

    • Безопасность. Направление должно быть безопасным. Это означает не только защиту от физических угроз: нападений или карманных краж. Это означает, что женщины, путешествующие в одиночку, должны чувствовать, что к ним относятся с уважением и не допускают домогательств. Это означает отсутствие дискриминации по признаку сексуальной ориентации или расы путешественника.

    Учитывая эти факторы, я не вижу причин, почему такие места, как Айя-Напа, Корфу, Ханья, Ираклион, Лефкада, Лимассол, Мани, Нафплион, Наксос, Пафос, Ретимнон, Родос, Салоники / Халкидики и подобные им, не могут стать процветающими направлениями для цифровых кочевников и работающих путешественников, особенно в октябре / ноябре и марте – июне.

    Нормативное регулирование цифрового кочевничества на Кипре

    Греция, Кипр и другие страны приняли законы, направленные на привлечение цифровых кочевников. Однако эти законы свидетельствуют о фундаментальном недопонимании роли цифровых кочевников: они путают их с иммигрантами из третьих стран (не входящих в ЕС), работающими в сфере высоких технологий.

    Цифровой кочевник, по своей сути, не всегда ищет возможность постоянного переезда в другую страну. Часто они просто хотят познакомиться с культурой страны, работая временно и удаленно, на себя или на работодателя, обычно находящегося за пределами страны (и, в случае Европейского союза, за пределами ЕС). Поэтому правительства не должны фокусироваться на превращении цифровых кочевников в постоянных налогоплательщиков. Это понятия несовместимы и не должны стать целью политики.

    Давайте посмотрим на закон о цифровых кочевниках на Кипре, который кратко описан на сайте Министерства внутренних дел.

    Кто может получить выгоды

    Неграждане ЕС или ЕЭЗ, которые:
    • могут работать удаленно с помощью телекоммуникационных технологий;
    • трудоустроены в зарегистрированной за рубежом компании, для которой они могут работать в любом месте, или являются самозанятыми и предлагают услуги удаленно для клиентов, находящихся за границей;
    • могут доказать, что у них есть стабильный и достаточный ежемесячный чистый доход не менее €3500 (после вычета взносов и налогов).

    Почему они должны ограничиваться только телекоммуникационными технологиями? Если нерезидент ЕС, работающий сам на себя, например, художник, писатель, композитор или иллюстратор детских книг, который продает свои работы на Etsy или имеет свой сайт, хочет жить на Кипре, ему будет это запрещено?

    Почему должен быть установлен минимальный порог ежемесячного заработка? Если правительство беспокоится об обеспеченности цифрового кочевника, живущего на Кипре, оно может просто заявить, что при этой визе никакие общественные ресурсы доступны не будут. В качестве альтернативы цифровой кочевник может получить доступ к кипрской системе здравоохранения за определенную сумму, рассчитанную страховыми компаниями.

    Большинство цифровых кочевников выбирают место проживания, где можно жить хорошо на $ 2000 в месяц. По этому показателю Кипру трудно конкурировать со многими другими местами.

    Каковы преимущества

    Лица, которым выдано разрешение на проживание в качестве цифрового кочевника, будут иметь следующие преимущества:
    • Право на проживание на Кипре в течение года с возможностью продления еще на два года.
    • Право на проживание членов семьи на тот же период без права вести трудовую деятельность на территории Кипра.
    • Если они проживают в Республике в течение одного или более периодов, которые в сумме превышают 183 дня в одном налоговом году, то они считаются налоговыми резидентами Кипра, при условии, что они не являются налоговыми резидентами в другой стране.

    Эти условия являются противоречивыми и спорными. Если кто-то хочет оставаться в стране более 183 дней подряд, почему бы им не позволить это, поскольку применяются отдельные правовые условия?

    В чем магия формулы «один год с возможностью продления дважды»? Почему супруг или члены семьи не могут работать, при условии, что они соблюдают национальное законодательство?

    Ясно, что эта «стимулирующая» система не отвечает интересам цифровых кочевников и написана так, чтобы соответствовать сложным требованиям законодательства ЕС.

    Предполагаю, именно поэтому изначально установлен такой низкий порог: от 100 до 500 разрешений на проживание. Едва ли такой объем окажет ощутимое влияние на экономику Кипра.

    С нашей точки зрения, при законодательном регулировании цифрового кочевничества необходимо учитывать четыре ключевых аспекта.

    1. Кочевник должен иметь свободный доступ к выбранной стране. Не важно, проведет он там 20, 183 или 200 дней. Он должен быть уверен, что может въезжать и выезжать из выбранной страны без бюрократических проволочек.

    2. Кочевник должен иметь возможность законно арендовать квартиру по справедливой цене без длительных бюрократических процедур.

    3. Если кочевник захочет, он должен получить доступ к государственной и/или частной медицинской помощи в стране проживания. Это означает, что следует создать отдельную, но необязательную категорию медицинского страхования на основе актуарных стандартов.

    4. Если кочевник хочет путешествовать со своим супругом, детьми и родителями, они должны иметь на то право, возможно, с предоставлением некоторых гарантий финансовой безопасности. Если супруг хочет работать, пусть работает (в рамках закона). Если кочевник будет путешествовать в одиночку, нет смысла навязывать ему бессмысленные финансовые условия, которые слишком легко обойти.

    Все остальное можно считать относительно незначительным.

    Достижение масштабного экономического эффекта

    Согласно Nomads List, на 11 марта 2023 года в Лиссабоне, Португалия, на сайте самостоятельно зарегистрировались 11 600 цифровых кочевников. Однако настоящее число, очевидно, выше. Португалия является интересным примером того, что рост стоимости жизни спровоцировал недовольство местных жителей по отношению к иностранцам.

    Давайте попробуем рассчитать, какой экономический эффект можно ожидать от переселения цифровых кочевников на Кипр.

    Допустим, личные расходы среднестатистического одинокого кочевника составляют € 2 000 в месяц. Это включает аренду жилья, коммунальные услуги, питание и развлечения, транспорт и т.д. Эта цифра, возможно, является слишком низкой, если жить в Лимассоле, но может быть более реальной для других городов Кипра.

    Если Кипр привлечет 500 одиноких цифровых кочевников (максимально допустимое число по текущему закону) и они проживут на острове полные 12 месяцев, то общий объем их потребления составит около € 12 млн, или менее 0,04% ВВП (текущий объем ВВП по оценкам Eurostat на момент написания статьи составляет € 29,6 млрд).

    Таким образом, даже если Кипр достигнет максимального числа виз (500) для цифровых кочевников, экономическая польза для страны будет незначительной.

    Все становится интереснее начиная с 10 000 цифровых кочевников и выше. При количестве в 10 000 можно ожидать доход в € 240 млн, что составляет 0,81% ВВП. А при количестве в 15 000 этот показатель увеличится до € 360 млн, или 1,22% ВВП.

    nomad tab2

    Выводы этой статьи должны быть очевидны:

    1. Кипр, Греция и многие другие страны получили бы серьезную выгоду от привлечения цифровых кочевников и других типов удаленных работников. Однако для достижения заметного влияния на экономику необходимо увеличение количества цифровых кочевников. В случае Кипра это потребует наличия не менее 5000 цифровых кочевников, а не 500, предусмотренных в бюджете Кипра.

    2. Чтобы конкурировать с другими странами, нужно максимально упростить процесс подачи заявок: ориентироваться на конкретные потребности цифровых кочевников, а не на искусственные потребности государственного сектора, которые кажутся несколько оторванными от реальности.

    3. Для повышения конкурентоспособности все ценностные характеристики места назначения должны быть привлекательными, независимо от того, рассматриваем ли мы это на уровне размещения или места в целом. Без реальных инвестиций в привлечение цифровых кочевников при нынешней мировой конкуренции результаты будут неудовлетворительными.

    Филипп Аммерман
    Финансовый консультант, директор Navigator Consulting Group
    Этот адрес электронной почты защищён от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.

    Об авторе

    Филипп Аммерман является консультантом в области инвестиционного консалтинга и цифровой трансформации. Он изучает и поддерживает влияние технологически ориентированного и инвестиционного роста в секторе «реальной экономики» и технологических стартапах. Он является основателем Navigator Consulting Group и нескольких других фирм. Филипп начал свою карьеру в консалтинге в 1992 году и с тех пор реализовал более 400 проектов с общей суммой инвестиций в размере 6,5 миллиарда евро.

    Филипп учился в Принстонском университете, Школе промышленности и трудовых отношений Корнелльского университета, в Оксфордском университете и Университете Барселоны. Он является консультантом Европейского института инноваций и технологий (EIT), Европейского инновационного совета (EIC), Европейскойкомиссии, Европейского банка реконструкции и развития (ЕБРР), а также широкого круга инвестиционных фондов, венчурных капиталов, крупных корпораций и других организаций. В настоящее время Филипп живет в Лимассоле.

  • Read 708 times